Праздник: Фильм о социальном неравенстве в России привлекает массовую аудиторию

Клара Вайс
19 марта 2019 г.

Автор сценария и режиссер Алексей Красовский.

Праздник, фильм российского режиссера Алексея Красовского, появившегося в YouTube 2 января, в котором прямо говорится о социальном неравенстве как в бывшем Советском Союзе, так и в современной России, уже посмотрели более 1,5 миллиона человек. Создатели фильма были вынуждены выложить его в Интернет после того, как крупные российские государственные кампании выступили против показа фильма в кинотеатрах страны.

Семья Воскресенских в фильме Праздник

Действие фильма происходит во время Второй мировой войны зимой 1941-42 годов в блокадном Ленинграде. Осада города, — длившаяся 999 дней и ставшая самой продолжительной за всю современную историю, — привела к ужасному голоду, унесшему жизни более 1 миллиона человек. Перенесенные людьми во время блокады страдания до сегодняшнего дня продолжают составлять важный компонент массового исторического сознания России.

Резко контрастируя с этим, сюжет фильма Праздник концентрируется на семье Воскресенских, пользующихся множеством привилегий и имеющих практически неограниченный доступ к еде. Глава семьи Георгий (Ян Цапник) работает на правящую партию в лаборатории, где он предположительно разрабатывает секретное оружие для борьбы с немецкой армией. О продовольственном снабжении Воскресенских заботится сам Сталин. Они живут на окраине осажденного города, имеют шубы и едят обед с курицей, в то время как подавляющее большинство населения едва получает кусок хлеба в день.

Ход семейного праздника в канун Нового года нарушается, когда сын Денис (Павел Табаков) приводит домой обнищавшую девочку Машу (Ася Чистякова), которая хочет провести праздник с его семьей, потому что ее собственные родители недавно умерли, а сама она последние дни почти не видела хлеба. Жена и мать, Маргарита (Алена Бабенко), сильно расстроена появлением Маши. Она отчаянно пытается скрыть от нее наличие большого количества имеющейся у семьи еды и одежды.

Сатирическое изображение родителей, в особенности, матери, вызывает чувство отвращения: они показаны лицемерами, циниками и трусами; они одержимы собственным благополучием и комфортом и полностью отдалены от забот и условий жизни большинства людей. Опасаясь открытия правды и возмущения со стороны последних, они в то же время чувствуют себя полностью заслуживающими своих привилегий.

Социальная напряженность в фильме накапливается в течение почти целого часа, пока не вырывается наружу за обеденным столом. Маша спрашивает Маргариту: «Значит, вам поставляет продукты товарищ Сталин?» — «Да, Машенька… Мы должны были от нее отказаться? Голодать, как все?» — «Но можно поделиться излишками с другими людьми». — [Маргарита истерически смеется]. «Поделиться? Как? Каким образом? Какую часть отдать, а что оставить себе? Хорошо, я раздам детям, но завтра они сюда придут со своими родителями, а послезавтра здесь будет весь город.... А ты знаешь, откуда у нас на столе такое изобилие? Потому что государство нас ценит, оно заботится о нас. А за что вас любить? Что вы дали этому миру?.. Да, мне очень жаль вас, ваших родителей, всех несчастных людей на планете тоже жаль, только на всех хлеба не хватит». Маша устало отвечает: «Хватит, если делить поровну».

Семья за праздничным столом

Праздник длится чуть больше часа, но производит на зрителя неизгладимое впечатление. Фильм является резким обличением существования огромного социального неравенства как в Советском Союзе, так и в современной России, и большинством воспринимается именно так.

С точки зрения распределения богатства Россия представляет собой страну с самым высоким уровнем неравенства среди ведущих экономически развитых стран мир. Самый богатый 1% населения России владеет 30% всего общественного богатства, а нижние 50% — менее 5%. Около 20 миллионов человек из общего 140 миллионного населения страны живут в условиях крайней нищеты, зарабатывая на жизнь менее 175 долларов в месяц. Сверхбогатые охраняют свои огромные усадьбы в богатых пригородах Москвы и других местах, пряча их от взгляда населения за высокими стенами.

По этой причине неудивительно, что Праздник вызвал квазиистерическую реакцию со стороны российского правительства и средств массовой информации. Систематическая кампания по недопущению выхода фильма на широкий экран была запущена осенью прошлого года. Ведущий представитель партии «Единая Россия» Андрей Турчак пригрозил запретить показ фильма, а СМИ попытались дискредитировать фильм как якобы оскорбление жертв блокады Ленинграда.

Режиссер и продюсер подверглись также двум уголовным преследованиям со стороны полиции, одно — по обвинению в «терроризме и экстремизме» (это дело, в конечном итоге, было прекращено), а другое — с целью доказать, что фильм был снят на деньги из незаконных источников (по состоянию на 22 января, это расследование продолжалось). Создатели фильма, находясь под таким мощным давлением российских властей, в конечном итоге, не нашли другой альтернативы тому, чтобы сделать фильм общедоступным на YouTube.

Реакция зрителей на фильм оказалась исключительно положительной. Один из них заметил, что «этот фильм — аллегория о нынешнем режиме, при котором государственные чиновники… соревнуются друг с другом своими яхтами, машинами и виллами, сходят с ума от роскоши, пока население затягивает пояс, экономит на предметах первой необходимости, включая еду и одежду, работает без отдыха до самой смерти, чтобы хоть как-то прокормить себя, и слушает сказки о важности государственных расходов на большее количество ракет, чтобы защитить нас от всех врагов». Другой зритель отметил: «Этот фильм очень современный. Вся нынешняя элита состоит сверху донизу из бывших партийных чиновников и комсомольцев».

В своих интервью режиссер и автор сценария Алексей Красовский заметил, что это именно то послание, которое он намеревался передать.

Праздник — важный фильм, и реакция на него отражает значительные сдвиги в российской политической и общественной жизни. Вместе с замечательной Аритмией Бориса Хлебникова (2017), где рассматривается глубокий кризис в российской системе здравоохранения, эта работа показывает, что серьезные художники в России все больше обеспокоены социальным кризисом и жизнью трудящихся.

Однако именно серьезность фильма и здоровый импульс его создателей требуют критического анализа его основных концепций. Путем неявного сравнения блокадного Ленинграда периода Второй мировой войны с современными условиями Праздник повторяет смысл многих российских популярных шуток и поговорок, согласно которым кто бы ни правил, ничего не меняется для рядовых людей, которые всегда остаются угнетенными и обнищавшими.

В одном из интервью Красовский пояснил: «Я хотел поговорить о том, как развивалась это разделение между богатыми, — часто несправедливо и незаслуженно богатыми, — и всеми остальными. Когда это началось?» «Богатые люди, игнорируя страдания других, — продолжил он, — существовали, существуют и, боюсь, всегда будут существовать».

Этот весьма пессимистический взгляд является выражением существенной путаницы в отношении истории Октябрьской революции и Советского Союза. Есть большая доля правды в том, что есть определенная связь между паразитической олигархией сегодняшнего дня и советской бюрократией. Тем не менее формально проведенное сравнение между этими двумя явлениями игнорирует фундаментальные различия между социальным и историческим происхождением Советского Союза и нынешней Российской Федерации.

Советский Союз стал результатом величайшей и самой прогрессивной революции в истории человечества — Октябрьской революции 1917 года во главе с большевиками. Основанный на программе интернационализма и социального равенства, СССР представлял собой огромное завоевание рабочего класса на международном уровне. Однако изоляция русской революции, а также отсталость и бедность страны вскоре создали условия, при которых возникла бюрократия, выдвинувшая Сталина в качестве своего главного представителя. Этот социальный слой пользовался огромными привилегиями в сравнении с рабочим классом. В 1923-24 годах зарождающаяся бюрократия начала продвигать националистическую программу «социализма в одной стране», прямо противоположную программе мировой социалистической революции, которая лежала в основе захвата власти рабочим классом в 1917 году.

Враждебность контрреволюционной бюрократии по отношению к Октябрьской революции наиболее ужасающе проявилась в терроре 1930-х годов, когда Сталин убил практически все поколение революционных марксистов, которые осуществили революцию, включая 30 тысяч троцкистов, а в 1940 году и самого Льва Троцкого.

Тем не менее, несмотря на чудовищные преступления сталинизма, миллионы рабочих и крестьян по-прежнему ощущали огромную преданность к Октябрьской революции и Советскому государству. Вот почему массы людей были готовы вынести в годы Второй мировой войны такие ужасные лишения, включая блокаду Ленинграда. Они продолжали бороться за то, чтобы защитить СССР перед лицом нацистского натиска, неся при этом огромные потери. (Оценки общего числа людских потерь СССР во Второй мировой войне варьируются от 27 до 40 миллионов человек).

Отношения между советской бюрократией и нынешней олигархией нельзя рассматривать вне контекста сталинистского предательства Октябрьской революции. Как писал Лев Троцкий в своей Преданной революции, бюрократия была не правящим классом, а паразитической кастой. Бюрократия узурпировала политическую власть в советском государстве у рабочего класса, но, не будучи классом, она не играла самостоятельной роли в процессе производства. Бюрократия обладала, как отметил Троцкий в 1939 году, «всеми пороками старых правящих классов, но ей не хватает их исторической миссии».

Будучи паразитической кастой, которая боится рабочего класса больше всего на свете, бюрократия была вынуждена бесконечно лгать об Октябрьской революции и отчаянно пытаться скрыть степень своих привилегий. Превращение представителей бюрократии в правящий класс, в конечном итоге, потребовало разрушения самого Советского Союза в 1991 году и реставрации капитализма.

Создание Российской Федерации и возникновение олигархии стало конечным продуктом этого процесса. Хотя социальное неравенство, несомненно, существовало в Советском Союзе, многие исследования показали, что после реставрации капитализма в России оно достигло уровня, не имеющего исторического прецедента.

Олигархия выросла из сталинистской бюрократии, но в то же время она переняла традиции ненавистной буржуазии, которая была свергнута рабочим классом и крестьянством в 1917 году. Это также объясняет своеобразную идеологию российской олигархии, которая объединяет в себе прославление преступлений сталинизма и почитание царского режима. Это — исторически отвратительный и обреченный правящий класс, пропитанный кровью и криминалом и стоящий во главе жестокого капиталистического общества.

Формальное уравнение Советского Союза с капиталистическими обществами, — обычно в рамках концепции Советского Союза как «государственного капитализма», — исторически нередко обеспечивало основу для правых, антикоммунистических концепций. Автор этой кинорецензии надеется, что создатели фильма не пойдут по этому пути.

Их страстное обличение социального неравенства является событием в культурной и художественной жизни России и за ее пределами, которое можно только приветствовать. Однако настоящая борьба с социальным неравенством, а также его более глубокая трактовка в художественных произведениях, в конечном итоге, потребуют серьезного изучения истории Октябрьской революции и борьбы троцкистского движения против сталинизма.